В карантине


Вечером, когда налетела настоящая метель, больше всех ошалели маленькие собачки, которых днем выгуливали при ярком солнце, на теплом ветерке и безумные лыжники в шортах проносились мимо них на роликовых лыжах по сухим тротуарам.
Вечером снег сыпался большими хлопьями, а вьюга завивала кверху гигантские снежные столбы. Маленьких собачек сносило с дорожек и ветер дул в их недоуменные попки. Хорошо бояться такой ерунды и не знать про глобальное.
А позже кто-то звонили в домофон:
— Пустите нас в подъезд.

— Мам, кто это был?

— Не знаю. Но я впустила. Они сказали: «Мы замерзли».

Мимо моего окна, слева-направо проплывал пучок снежных хлопьев. Маленькое колючее облако несимметричной формы.
Снег давно уже не шел. И вообще после метели стояла редкая тишина и темень. В воздухе не болталось больше ни одной снежинки. Но эти! — сцепились носами и образовали большущий кристалл, как парашютисты в свободном полете, до того, как раскрылись парашюты.

Они сцепились клешнями, чтоб не пропасть поодиночке и плыли себе вдоль поверхности земли – над дорогой, над лесом. И не собирались приземляться.
Весь этот карантин так расцепляет, разъединяет. Дети перестали ходить в школу – как нарушение важного жизненного распорядка, это припугивает. Это уже серьезно. «Закрываются общеобразовательные учреждения». И ничего про этот вирус неизвестно точно. Или известно, но нам не скажут.
И именно тогда, когда надо сидеть в изоляции, хочется с кем то объединяться в кристалл. Укрепляться, подбадривать друг друга. И плыть дальше по жизни.

Однажды в марте я несколько ночей ночевала рядом с лесом, в доме с тёплыми полами и обзором из окна на 180 градусов и миллион долларов. Самое чудное в жизни рядом с морем или любой природой, что вид из окна все время меняется. И в состоянии усталости можно ничего не включать, а просто сутками смотреть, что происходит снаружи. Летает орёл, делает круг, охотится, коровы то идут, то стоят, как вкопанные, маленькие птички садятся на бельевую веревку. То туман наползает, то солнце бьет, то тучи фиолетовые страшные.

Я привезла с собой ароматическую свечку с корицей и этот запах до сих пор напоминает о том, как это странно — быть наедине с собой. Целыми днями. Молчать. Не видеть людей даже издалека. С вечера на пеньке для колки дров я оставляла кусочки хлеба. Утром их не было и я никогда не видела, кто унёс.

Цвели абрикосы и вишни. Я несколько раз ходила в лес в футболке, слушала кукушку, нашла фиалки, выкопала одну, посадила в бумажный стаканчик. Но фиалка была лесной и гордой — не прижилась. 

А потом выпал снег и пейзаж ещё раз сменился кардинально. И было очень красиво до банальности — снег на белых цветах. Ночью в лесу выли шакалы и мне показалось, что кто-то ходил на чердаке. Я испугалась и уехала.

Это была такая моя випассана) Рекорд одной без всех — три дня и три ночи. Сейчас бы смогла больше. Прям намного. Прям до конца. А может, так кажется.

***

Смотрела передачу про уютный отель в швейцарских Альпах. Там все круто, вокруг леса, заснеженные вершины, внутри бассейны с минеральной водой и специальный бар, где только минералка, сто видов. Кровать управляется пультом, матрас мегасупер-ортопедический и отдельное подушечное меню – можно заказать расслабляющую подушку, можно твердую с ароматом трав, можно тонизирующую с ароматом других трав и т.д. Ну само-собой сервис, всеобщее дружелюбие, высокая кухня, спа, массажи и очень компетентные швейцарские врачи с набором диагностического и терапевтического оборудования. Но все это ладно. Пусть будет.
Но в конце кто-то из руководящего персонала отеля мимоходом отмечает: «Некоторые гости приезжают к нам каждый год в течении пятидесяти лет».
А
Так вот что такое стабильность! И что за прекрасная, должно быть, это жизнь, когда ты пятьдесят лет каждый год ездишь в отель, и знаешь, что так будет всегда. И что горы, водопады и этот доброжелательный выдаватель подушек будет тут всегда. Будет улыбаться и помнить твое имя, твои головные боли. «Хорошо спали?» Наверное, они здоровы, эти постоянные гости, бодры и выглядят румяно.
Наши прабабушки-бабушки-дедушки за те же пятьдесят пережили по две глобальных войны, три голода, пять переездов, и три разных волны репрессий (то есть, аресты и расстрелы близких) не от внешнего, а от внутреннего агрессора — государства. Хорошо, если живые остались, дотянули до пенсии. У кого в семье не так?
Вчера вспомнила, как в университете раз в месяц покупала себе батончик марс – со стипендии. Девяностые, распад страны. Только в моей жизни было три серьезных экономических кризиса, а в промежутках все время какие-то колебания курсов и неизвестность по поводу того, в какой валюте хранить сбережения. И собственно, никаких сбережений.
А отели, поездки, спа, путешествия по городам и странам как-то все время планировались, переносились, маячили на горизонте, но так и не произошли. И теперь даже не знаю… У нас стабильна одна нестабильность. Даже конституцию можно переписать. И только наши короткие жизни уже не перепишешь.

***

Ощущение странное. Будто всю жизнь волновали одни вопросы, ответы на которые так и не были найдены (но вроде нащупывались), а тут сверху навалились совсем другие, совсем новые.
Типа, недавно искала смысл жизни и планировала заниматься йогой по прямым эфирам в инстаграме, а теперь переживаю, что в нашей «Пятерочке» нет макарон. И прикидываю, сколько будет стоить кофе illy по новому курсу. И выживет ли человечество.
Двадцатый век скомпрометировал ответы, но не снял вопросы, — сказал Сергей Аверинцев. Кажется, 21-ый скомпрометировал и то, и другое.
Самое приятное, что в решении новой партии проблем совершенно невозможно поучаствовать (кроме самоизоляции). Я не изобрету вакцину и не подниму цены на нефть. Поэтому можно вернуться к неотвечаемым вопросам бытия.
Надя Михалкова в «Ещенепознере» сказала, что когда дедушка Сергей Михалков заезжал по делу к ним домой, то чаще всего не выходил из машины, чтоб не общаться с внуками. Его это утомляло.
В этой связи вспоминается история, как Михаил Ефремов вернулся из армии, вот только дембельнулся и с вокзала домой, а папа Олег Ефремов посмотрел на него в глазок и попросил прийти завтра. А Алан Милн, автор Винни-Пуха – он же не интересовался сыном, он интересовался только Винни-Пухом.
Опять же, про Льва нашего Николаевича Толстого в народе ходят легенды, что с собственными детьми он начинал плотно общаться после их 16-летия… А эти миллионы отцов, которые разведясь с матерью, разводятся и со своими детьми и исчезают навсегда?
Я к тому, что может, действительно, как утверждал один известный психолог – отцовского инстинкта не существует? А любовь? Любовь еще существует? А если нет, то что вместо всего этого? А вместо прежнего мироустройства? Будет ли в нем овсянка с курагой? А лимонный щербет?Ну чисто теоретически.
А что вместо планов на лето? А вместо хорошего кофе?

***

Накрасилась красной помадой, сережки надела, эрмесом побрызгалась и спускаюсь по лестнице в подъезде. А на площадке сидит пьяный мужчина про которого в подъезде известно, что он учёный микробиолог, 15 лет работает над перспективной, но секретной темой и что зарплата у него где-то 15 тыс. И вот он сидит там с бутылкой пива, а я спускаюсь, прохожу мимо него, он глубоко вздыхает и говорит:
— Вы как ангел, только что спустившийся с небес.
Все-таки интеллигентные пьяницы лучше всех умеют сказать приятное. Нежно-мотивирующее. Мне нужно в клуб интеллигентных пьяниц. И ходить туда по пятницам. Чтоб и выпить, поговорить и комплиментов послушать.

А таксист рассказал про народ, живущий, кажется, на Памире. Сказал, что они очень красивые — мощные блондины голубоглазые. С древним языком и культурой. И таксист к своему другу туда собирается поехать, немножко пожить в горах. А летом полетит к другому другу, у которого гостиница на озере Иссык-куль. Вот это да, правда? Я так рада столкновению с новыми маршрутами. А как подходит в качестве выполнимой мечты! Поехать на Иссык-куль! Это тебе не на пляж смотаться, в этом месте столько намешано!
Ну вот, обзавелась новой мечтой.
А в Дзене мне недавно написали про какой-то текст: «Не обижайтесь, но прямо уровень Довлатова: грязь и скучная графомания с пожалейкой».
Да Боже ж мой! Не обижаюсь, конечно.

Когда жизнь ругает тебя? Когда жизнь хвалит тебя? Что ни делается, то к лучшему? Когда все планы отменились, остается только отдаться потоку.