Купила джинсовую куртку на Ламбада-маркете, в магазине, который торгует неведомо как раскопанными запасами винтажа. Ну то есть, куртка, например, натуральный Wrangler, но выпустили ее 20 лет назад. И 20 лет она лежала, например, в Италии. Про мою так сказали.

Мне куртка казалась совсем новой пока я не нашла в кармане вот эту, не могу сказать – вырезку из газеты. Расписание футбольных матчей внутреннего чемпионата Италии. И мое воображение немедленно создало куртке дополнительную ценность, это стала куртка «с историей».

Расписание из газеты не вырезано, а вырвано наспех. Может, подумала я, кто-то сидел в этой куртке в маленьком ресторане на улице, в красивом итальянском городе, пил кофе, качался на легком стульчике, читал газету и как раз дошел до интересного места – до футбола, а его позвали. Может, мимо ехали его друзья на мотоцикле, притормозили, сняли шлемы и стали махать ему руками. И он вырвал из газеты отчет о матчах, засунул в карман, и побежал к ним. И потерял эту куртку в тот же вечер.

Потом я вспоминаю, что куртка-то женская, застежка на нашу сторону. И тогда все меняется. Тогда, наверное, это девушка сидела со своим парнем, и они пили вино и болтали, и небо было розовое с золотым, незадолго до заката. И рядом росли кипарисы и вокруг было шумно. И по мощеной мостовой приехали те же ребята на мотоцикле и стали их звать. И парень вырвал клочок из газеты и попросил ее спрятать в карман. Потому что сам был в легкой рубашке.
И все это 20 лет назад, в Италии.

Я наверное, смотрю слишком много детективов. И меня почти никогда не интересует, кто убийца. Я смотрю за тем, как разворачиваются подробности жизни трупа и всех, кто причастен к его жизни, и как все оказываются понемножку виноваты… И в первой серии ты видишь просто труп на полу, а к концу фильма знаешь об этом человеке все. И раскручиваться история начинается от очень мелких деталей, от почти неуловимых подробностей. И чем тоньше, тем ярче автор строит портрет жертвы в обратной хронологии, тем лучше детектив.

Что из наших вещей, наших привычек говорит о нас лучше всего? И что можно было бы сказать обо мне, если бы мою внезапную смерть пришлось бы расследовать? Я иногда об этом думаю, потому что и правда смотрю слишком много детективов.

Так вот от меня осталась бы куча листов формата A4, исписанных от руки карандашом и две стопки блокнотов с задумками, большую часть которых не удалось выродить. И много цветных деревянных карандашей сложных оттенков, которыми я почти никогда не рисую, но мне приятно, что они стоят на столе в стакане.

А все остальное, что осталось бы от меня материального – оно ничего бы обо мне не сказало. Или сказало бы неправильно. Поэтому я бы хотела, чтобы мою историю в обратной хронологии выстраивали от ненаписанных текстов и цветных карандашей, которыми у меня нет время рисовать.

Надо оставить инструкцию в кармане моей джинсовой куртки Wrangler. Вдруг, через 20 лет назад кто-нибудь найдет и придумает меня заново.

Я теперь очень люблю свою куртку. И мне плевать, что все на самом деле было не так. И не было 20 лет назад того вечера перед закатом, и ребят на мотоцикле не было.
Ну не было… Значит, придумаю что-нибудь еще. Раз не успеваю дописывать тексты, надо хотя бы допридумать мир вокруг себя. И зажить в нем.

Leave a comment