Звездами должны быть умные


То, что дети не читают – это уже бзик.

— Опять носом в планшете?

— Маа, да я там книгу читаю! На, посмотри…

Не утешает. Не понимаю, что книгу можно в айпаде читать. Книга должна быть из страничек, да в обложке с обтрепанными краями. Хочу видеть, как мой ребенок читает такую. Но почти смирилась, что этому не бывать. Писать от руки умеют, и на том спасибо. В Америке, говорят, у детей уже даже почерка нету – вся учеба в планшетах. Может, слухи, не знаю.

На прошлой неделе пошла посмотреть на студента МГИМО Никиту Ошуева, которого Быков официально объявил гением. Никита читал лекцию и был мне необходим, чтобы убедиться: есть дети, которые читают бумажные книги. И знаете, что? Правда, есть.

О своих гениальных студентах Быков (снова Быков, опять Быков и, видимо, навсегда Быков) говорил часто, подробно и в превосходных степенях.

Например:

— Когда я смотрю на молодое поколение детей, во многих отношениях гениальное, я вижу ту шпану, которая сотрет меня с лица земли… Но если они пришли разрушить этот мир — ради Бога! Потому что здесь, кроме них, беречь уже нечего…

Ну что, думали мы — нормальная быковская восторженность. Ему, как и всем, необходимы поводы для оптимизма, только он – поэт и видит эти поводы в любой пыли и каждой катастрофе, так что студенты – это еще куда ни шло.

 

 

И вот лекторий дал тем хваленым студентам возможность высказаться. «Прямая речь. Второе поколение» называется. Поклонники предвкушали. Злопыхатели злопыхали пуще обычного. Зал был полон.

Если бы эту лекцию студента МГИМО показывали по 1 каналу, мамы мильенов молодых людей — от 15 до 45 лет включительно — сильно пригорюнились бы у своих голубых экранов. Ибо лекцию читал почти мальчик – 95-го года рождения, «с виду совсем такой же, как мой!» Худенький, бледненький… Тема – про шиллеровские следы в творчестве Достоевского. Страшно интригующая, да? А в его устах – прямо скандалы, интриги, расследования. В хорошем смысле и с погружением. Он словно плескался в этой теме, хулиганил, брызгался, и в этих брызгах будто стояла радуга. (Преувеличиваю, чтобы передать неожиданность и свежесть эффекта).

20-летний Никита Ошуев много чего наговорил в изумленный зал, я автоматически позаписывала цитаты, автоматически стала сверять их с источниками, и вот оказалось: некоторых цитат НЕ БЫЛО В ИНТЕРНЕТЕ. Знаете, почему? Потому что часть из них он своими руками переписал из бумажных книг, а некоторые сформулировал сам.

Например:

«Наша сегодняшняя ирония над европейскими ценностями («правильно, но не для нас») — это ирония позднего Достоевского над Шиллером».

А, да?

Никита и правда новый формат – не чтения лекций, а, конечно, мышления. Мышления легкости неимоверной. Мышления, не придавленного железобетонной школьной программой с ее установками и необходимостью цитировать в сочинении о Чехове решения партсъезда; мышления такого независимого от авторитетов, условностей, идеологии, что завидно. Нам, сорокалетним, такими не стать никогда.

«Сегодня Ода к радости Шиллера — гимн Евросоюза, стирания границ и отказа от войны, а идея Русского мира, проповедовавшаяся ФМД, реваншистская идеология войны, расширения границ и насилия…»

Нет, студент относится к мировой литературе и ее столпам – уважительно, но без дрожи в голосе, пиетета и даже как-то требовательно. («Томас Манн – великий эссеист. 9-й и 10-й тома его собрания сочинений, прямо скажем, самые интересные») Типа, гений – это прекрасно, но мы все проверим. И проверяет вдоль и поперек.

«Шиллер и Достоевский безумно любили театральное нагромождение ужасов. В одних Бесах — 11 трупов».

И жонглирует фактами, и рассказывает, и цитирует — произведения, критику, современную, тогдашнюю. Бердяев, Бродский, Добролюбов, Мережковский… И вот это вот: «Вильмонт в знаменитой статье…» Да что вы говорите? Знаменитая, значит? Как бы попасть туда, где она знаменита?

Лектор жестикулирует, щурится, щелкает пальцами, как танцор фламенко. Улыбается и смеется! И над кем смеется? Над Достоевским, Толстым, Шиллером и Гете… Право имеет! Умно смеется, с любовью, по-хорошему, доказательно. С аргументами на русском, немецком, английском и немножко итальянском языке. По-взрослому. Кто еще так может?

Французский, правда, сказал, не знает. Ох

И так же, как Быков – он улыбается словам, мыслям, идеям. И еще очень удивляется, обнаружив неопровержимое доказательство того, что Достоевский спер у Шиллера сюжет. «Я, говорит, написал в анонсе лекции «шокирующая правда о Достоевском», но не знаю, может, это только меня шокирует?» И разводит руками.

«Отойдя от Шиллера, Достоевский в первую очередь изменил сам себе, своему гению».

И так же, как у Быкова, понятно, что за скобками остается гораздо больше, чем можно уложить в часовой лекции.

«Космополитическая тенденция всегда лежит в области духа, идей, души, национальная — в области плоти, природы, почвы».

Русско-турецкие отношения – это, конечно, очень серьезно, но отношения Достоевского с Шиллером! – вот где страсти-то кипят! И мы уносимся в эту проблематику и внимательно смотрим на того, кто в ней живет. Счастливый…

Несчастные родители, которые уже умучили Быкова вопросами о том, как заставить (приучить, приохотить, уговорить) ребенка читать и думать — сходите, всплакните, поглядите на чужих читающих детей. Я своих отпрысков, уверенных в своей бесконечной крутости, собираюсь сводить. Чтоб засомневались.

Вдруг поймут, что классика — это всегда лично про тебя и про сегодняшний день?

И в общем, все подтвердилось – народились в 90-е, в провинции (Ошуев из Перми), прорвались в МГИМО (без денег, блата и даже без красного диплома), ходят среди нас, штудируют классиков и готовы с ними спорить — такие вот новые люди. Можно игнорировать этот факт. Можно тихо считать это тенденцией и надеждой на лучшее. А можно сильно обрадоваться и поддержать. Быков – мощь и сила, но если он один будет их поддерживать, а все остальные будут поддерживать Рому Желудя, опять ничего не изменится.

А так хочется верить, что наше будущее — такие вот Никиты…

Звездами должны быть умные.

Все цитаты — Никита Ошуев ©

 

Leave a comment

Ваш e-mail не будет опубликован.